Пока словацкие политики спокойно сохраняют ученые степени за списанные дипломы благодаря удобным лазейкам в законах, куда менее заметные нарушения происходят внутри самих университетов. Десятки ученых оказываются связаны с покупным авторством, манипуляциями с данными и публикациями в хищнических журналах. Проект «Плагиат-навигатор» попытался разобраться, насколько глубоко академическое мошенничество проникло в словацкую науку.
В последние годы Словакия столкнулась с рядом громких академических скандалов, которые в основном связаны с плагиатом в диссертациях высокопоставленных политиков и чиновников. В сентябре 2025 года разразился скандал вокруг Павола Гашпара, директора Словацкой информационной службы (главный орган государственной разведки и контрразведки страны). Его защищенная в 2011 году дипломная работа о коррупции оказалась примерно на две трети скопирована из не процитированных источников. В ответ на обвинение в плагиате Гашпар заявил, что его работа прошла все необходимые формальные проверки в рамках защиты, по результатам которой ему была присвоена степень магистра. В этом же году депутат парламента Мариан Кери, который ранее публично обвинял других политиков в плагиате, сам был уличен в аналогичном нарушении. Его магистерская работа 2004 года «Образ человека в «Повестях Белкина» Пушкина» практически дословно копирует диплом, защищенный за четыре года до этого студенткой Мартиной Бродняновой.
Главные новости о жизни ученых во время войны, видео и инфографика — в телеграм-канале T-invariant. Подпишитесь, чтобы не пропустить.
В 2020 году ведущие журналисты из газеты Denník N провели массовую проверку дипломных работ первых лиц государства. Выяснилось, что плагиат обнаружился в работах сразу нескольких представителей верхушки правящей коалиции, включая министра образования, спикера парламента и премьер-министра страны. Скандал привел к тому, что в конце 2020 года парламент Словакии принял закон, позволяющий официально лишать академических степеней за плагиат. Однако в законе осталась существенная лазейка: он не имеет обратной силы и действует только для работ, защищенных после 2020 года. В результате все высокопоставленные чиновники, в работах которых был обнаружен плагиат, включая вышеупомянутого главу спецслужбы Гашпара и депутата парламента Кери, сохранили свои ученые степени и должности.
Диссертационные скандалы с участием первых лиц государства и высокопоставленных чиновников — лишь видимая часть более масштабной проблемы. Эти громкие случаи получили широкий резонанс благодаря точечным журналистским расследованиям, однако в их тени остался значительный пласт нарушений академической честности среди словацких ученых, профессоров и преподавателей университетов.
Здесь следует упомянуть доктора экономических наук Петра Якубека, члена управляющего совета Высшей школы DTI (Dubnický technologický inštitút). В 2019 году он получил диплом доктора наук, защитив диссертацию в Черниговском технологическом университете (Украина). Как выяснилось позже, значительная часть текста диссертации Якубека дословно совпадает с текстом диссертации его оппонента Светланы Натрошвили, защищенной в 2016 году в Киеве. Ниже представлен пример некорректных заимствований на одной из страниц диссертации Якубека.
Но дело не только в отсутствии ссылок: даже их наличие не устранило бы проблему. Якубек механически заменил в тексте Национальный университет физического воспитания и спорта Украины (у Натрошвили) на Черниговский технологический университет, сохранив при этом все количественные показатели без изменений.
Практика защиты диссертаций в другом государстве и последующая нострификация диплома у себя в стране широко распространена в Восточной Европе и на постсоветском пространстве.
Если диссертационный плагиат в Словакии хотя бы частично фиксируется и обсуждается журналистами, то куда более масштабная проблема развивается вне поля зрения общественности. Речь — о системе, в которой научная карьера может строиться не на реальных исследованиях, а на покупных статьях, сфабрикованных данных и искусственно накрученных показателях
В мае 2026 года крупная академическая онлайн-платформа Research.com опубликовала списки лучших исследователей на основе их индекса Хирша и цитируемости. В области растениеводства и агрономии профессор Мариан Брестич — один из самых высокорейтинговых словацких исследователей из Сельскохозяйственного университета в Нитре — занял 213-е место в мире. Его коллега доцент Марек Живчак занял 1511-е место в мире, став вторым словацким ученым с самым высоким рейтингом в этой области. В результате университет занял 253-е место в мире в этой научной сфере и второе место среди семи словацких университетов, включенных в рейтинг, уступив первенство только Университету имени Коменского в Братиславе.
Однако еще в 2022 году Леонид Шнайдер, независимый научный журналист, известный своими резонансными расследованиями в области академической этики, посвятил Брестичу и Живчаку целый раздел своего выпуска на платформе For Better Science. К тому моменту у этих словацких авторов в компании с коллегами из ближневосточных стран скопилось девять статей с отрицательными рецензиями на платформе постпубликационного рецензирования PubPeer, часть из которых к тому времени уже была отозвана. Шнайдер связывает это с покупкой соавторства на азиатском рынке — теневой индустрии, где авторство продается как товар. В некоторых из этих публикаций эксперты нашли искаженные фразы и термины (tortured phrases) — характерный след машинного перефразирования, за которым скрывается плагиат. На изображении ниже показан такой пример в журнале Microorganisms (слева) вместе с исходным более ранним текстом других авторов (справа), откуда был сделан «пересказ».
С тех пор число проблемных публикаций выросло. На сегодняшний день на PubPeer числится уже 34 публикации профессора Брестича с критическими замечаниями, часть из них в соавторстве с доцентом Живчаком. Среди причин критики, а в некоторых случаях и последующей ретракции статей, были не только плагиат или конфликты интересов, но и подмена авторов на финальном этапе публикации статей, когда все вопросы рецензентов уже улажены. Подобная подмена считается одним из характерных признаков публикаций, обращающихся на рынке покупного авторства.
Впрочем, все эти скандалы, ретракции и разоблачения практически не влияют на рейтинги. Даже если все спорные статьи Брестича и Живчака будут официально отозваны, их индексы цитирования и Хирша останутся в базах данных. Эти данные не пересчитываются задним числом после ретракций. Формально ученые уже заняли свои места в мировых таблицах, и никакие последующие разоблачения не смогут их оттуда вытеснить. Победа в рейтинге, добытая через фабрики статей и покупное цитирование, формально остается победой.
Механизм этих рейтингов имеет прямое финансовое выражение. Согласно методике словацкого Министерства образования, каждая публикация, входящая в 1% самых цитируемых статей мира, автоматически приносит ее автору 3000 евро из государственного бюджета и еще столько же университету. Таким образом, искусственно накрученный индекс цитирования означает не только место в престижном рейтинге, но и реальные деньги. В такой системе искусственная накрутка цитирования получает прямое финансовое выражение: высокие библиометрические показатели влияют уже не только на академический статус, но и на распределение бюджетных средств. Примечательно, что Словакия здесь не одинока: подобная система денежного поощрения за публикации в высокорейтинговых журналах давно существует в России.
Не менее показательный случай манипуляций с иллюстрациями был зафиксирован в работах доцента Университета имени Коменского. В совместной публикации (2024) в журнале Nano-Micro Letters профессор Уральского федерального университета, доктор химических наук Дмитрий Медведев и доцент Университета имени Коменского в Братиславе Мартин Мотола вместе с соавторами из Китая вручную перерисовали масштабную линейку на изображениях с наночастицами, полученных с помощью сканирующего электронного микроскопа. В статье утверждалось, что размер исследуемых частиц составляет десятки нанометров. Однако технические характеристики микроскопа указывают на то, что реальные значения частиц во много раз больше (см. изображение ниже).
Иными словами, масштаб на изображениях был просто подогнан под желаемый результат. Но этим дело не ограничилось. В той же статье эксперты на PubPeer высказали обоснованные замечания и к другим данным, включая графики. Это не единичный случай: за последние годы у доцента Мотолы эксперты выявили целый ряд работ, отличающихся проблемами с данными и их графическим представлением. Столь регулярное появление подобных проблем в статьях Мотолы вряд ли можно списать на невнимательность авторов.
В публикациях ученых из Университета имени Коменского также встречаются прямые заимствования визуальных материалов без ссылок на первоисточник. Показательный пример — статья профессора Петера Микуша и Вероники Микушовой, посвященная хитозановым наночастицам, где часть иллюстраций была скопирована из более ранней публикации иранских авторов.
В работах, где эксперты фиксируют грубые нарушения публикационной этики, часто прослеживается связь с азиатскими фабриками статей (paper mills), специализирующимися на производстве и последующем распространении готовых публикаций через онлайн-площадки.
На теневом рынке фабрик статей продается не только авторство. Другой востребованный товар — цитирования. Ссылки на собственные работы, как и на чужие, давно стали ценным активом. В июне 2025 года редактор Chemical Engineering Journal отозвал публикацию вышеупомянутого доцента Мотолы и его коллеги по университету Мухаммада Ханифа за искусственную накрутку цитирований. В промежутке между первоначальной публикацией и финальной версией статьи число ссылок на работы Ханифа выросло с 2 до 19, а на работы Мотолы — с 2 до 10.
Актуальные видео о науке во время войны, интервью, подкасты и стримы со знаменитыми учеными — на YouTube-канале T-invariant. Станьте нашим подписчиком!
Особую тревогу вызывает стремительно распространяющаяся практика публикации обзорных статей за авторством вымышленных ученых. Цель таких работ — ввести в легальный научный оборот многочисленные цитирования статей тех, кто заплатил за эту услугу посредникам на теневом рынке. Так, публикационный портфель профессора Технического университета в Кошице Беаты Гавуровой вызвал серьезные вопросы у экспертного сообщества. «Более 40 научных статей в год (по одной каждые девять дней) — темпы, которые не поддаются рациональному объяснению», — отмечает Леонид Шнайдер вслед за журналистским расследованием, опубликованном в словацком сетевом издании Dennik N. По его словам, десятки публикаций Гавуровой вышли в изданиях, признанных ненадежными или хищническими, а часть журналов, в которых она печаталась, уже исключена из научных баз данных. При этом многочисленные соавторы исследовательницы представляют различные азиатские страны, что, по мнению экспертов, указывает на покупку авторства через сетевые фабрики статей. По данным издания Dennik N, до одной трети статей словацких ученых публикуются в сомнительных хищнических журналах.
Однако внешние признаки сомнительного публикационного поведения — лишь часть проблемы. В самих работах Гавуровой можно найти несоответствия между текстом и графическими данными, проблемы с химическими формулами, а также сомнительные спектры с сигналами неестественной формы. Некоторые из этих статей получили статус ретрагированных.
Следующий случай дает прямое свидетельство приобретения авторства в публикациях, распространяемых фабриками статей . Ранее сообщество «Диссернет» обращало внимание на взаимодействие словацких исследователей с московской компанией, предоставляющей услуги по размещению статей. Показательный случай — история с доцентом Университета экономики и бизнеса Борисом Штурцем: предварительное размещение оферты данной биржи сначала было зафиксировано документально (см. изображение ниже), а позже в журнале International Journal of Criminology and Sociology вышла работа с указанным в оферте названием, где Штурц — первый соавтор. Анализ показывает, что это не разовая акция: в публикационном списке Штурца числятся и другие коммерчески приобретенные работы.
Со временем теневая академическая индустрия трансформируется: централизованные биржи по продаже статей, по-видимому, теряют свое влияние. Их место занимают децентрализованные частные посредники — индивидуальные предприниматели, «мельники статей» (paper millers). Этому способствует и технологический прогресс: современные ИИ-инструменты позволяют фабриковать научные тексты в кратчайшие сроки и без привлечения больших коллективов специалистов из различных областей науки. Предложения «мельников статей» легко найти в открытых интернет-каналах. Следы этого рынка обнаруживаются и в публикациях словацких исследователей. Далее представлены конкретные эпизоды участия словацких ученых в совместных публикациях, предлагаемых «мельниками статей» из Германии, Украины, Черногории и государств Ближнего Востока.
«Главным редактором журнала EPMA (Европейский журнал предиктивной, превентивной и персонализированной медицины) и одновременно соавтором множества статей в этом журнале является Ольга Голубницкая, что нормально. Но удивительно то, что между отправкой и принятием многих статей, в которых она является соавтором, проходит крайне мало времени. В некоторых случаях это всего лишь вопрос 3-5 дней. Ниже приведены несколько примеров за последний год», — говорится в рецензии к одной из статей с ее участием. Столь короткие сроки ставят вопрос о возможности полноценного научного рецензирования, которое обычно включает подбор независимых экспертов, подготовку замечаний, доработку рукописи авторами и повторную оценку внесенных изменений. Профессор Боннского университета Фридриха-Вильгельма Ольга Голубницкая часто выступает соавтором проблемных статей российских и словацких ученых, часть этих работ позже становилась предметом критики из-за нарушений публикационных норм.
Экспертиза совместной статьи авторов из Словакии и Украины показала наличие повторяющихся участков в экспериментальных спектрах. Среди соавторов статьи выделяется доцент из Дрогобычского педуниверситета (Украина) Тарас Кавецкий, который, как установлено, применял идентичные схемы фабрикации спектральных данных и в других своих научных трудах.
Доктор наук Станислав Дудич (Университет имени Коменского), специалист в области международной экономики, промышленного инжиниринга, торговли и инвестиций, оказался соавтором публикации, вызвавшей серьезные вопросы. Речь идет о совместно с черногорским соавтором Велибором Спалевичем, статье, посвященной модифицированному медьсодержащему металл-органическому каркасу, где эксперты зафиксировали следы искусственной модификации экспериментальных данных. Примечательно, что ряд работ самого Спалевича, профессора Черногорского университета, стал объектом критики на форуме PubPeer.
Профессор Наталья Кривинская — заведующая кафедрой информационных систем факультета менеджмента Университета имени Коменского — яркий пример того, как формальное соавторство с сомнительными партнерами разрушает доверие к ученому. Ее статья о борьбе с DDoS-атаками, подготовленная в соавторстве с саудовскими коллегами посредством машинного перефразирования, получила ретракцию. Однако проблемы профессора Кривинской не ограничиваются одной публикацией: в работах Кривинской эксперты обнаруживают целый букет tortured phrases, библиографию, не имеющую отношения к теме работы, и даже прямые заимствования иллюстраций, что ставит под вопрос качество всего ее академического наследия.
Очередной случай сомнительной научной практики связан с Институтом строительства и архитектуры Словацкой академии наук. Его сотрудники профессор Мартин Т. Палоу и доцент Тахер Тауфик значились среди соавторов международной работы с участием египетских и иракских коллег, однако проверка показала, что представленные в статье изображения подверглись недопустимой обработке, что ставит под сомнение достоверность всей работы.
Подавляющее большинство перечисленных эпизодов не повлекло за собой никаких санкций в отношении авторов. Журналистские расследования и волонтерская активность экспертов на PubPeer помогают выявлять проблему за проблемой, однако реальных институциональных последствий в академической сфере Словакии почти не заметно. Ретракции не влияют на индексы цитирования, а закон о лишении академических степеней за плагиат не распространяется на работы, защищенные до его вступления в силу. В итоге покупатели авторства сохраняют свои позиции в рейтингах и университетах.
В этом и заключается главный парадокс. Согласно методике Министерства образования, университеты получают 50% от государственной премии за каждую высоко рейтинговую публикацию. Это означает, что в погоне за рейтингами сами вузы становятся заинтересованными сторонами: чем больше «выдающихся» публикаций у их сотрудников — даже если они куплены на теневом рынке — тем больше бюджетных средств получает университет.
Одновременно с этим система государственного финансирования науки в Словакии, щедро поощряющая публикации в топ-процентных журналах, фактически создает «зеленый коридор» для теневого рынка. Денежные выплаты автору за статью, приобретенную им на теневом рынке, — украденный у науки ресурс. Бюджетные средства, предназначенные для развития исследований, вместо этого перетекают в карманы теневых посредников.
Пока академическая система продолжает измерять качество науки прежде всего количеством публикаций и цитирований, фабрики статей получают возможность превращать манипуляции с этими показателями в академический статус и реальные деньги. В эпоху ИИ, когда производство научно выглядящих текстов становится все дешевле, проблема критериев оценки научной работы становится только острее.