Американский Комитет обеспокоенных ученых опубликовал обращение к президенту РФ Владимиру Путину в защиту орнитолога, доктора биологических наук Софьи Розенфельд. В открытом письме выдвинуты три требования: освободить Розенфельд на время рассмотрения апелляции, тщательно проверить доказательства, касающиеся ее осведомленности о запрете ФБК и наличия у нее умысла, а также использовать предусмотренные законом возможности для пересмотра приговора. T-invariant поговорил с одним из авторов письма — физиком Юджином Чудновским, который несколько десятилетий занимается защитой прав ученых, а в советское время сам подвергался преследованию КГБ.
Главные новости о жизни ученых во время войны, видео и инфографика — в телеграм-канале T-invariant. Подпишитесь, чтобы не пропустить.
Комитет обеспокоенных ученых (Committee of Concerned Scientists, CCS) — независимая правозащитная организация, основанная в США в 1972 году учеными, врачами, инженерами и исследователями для защиты прав человека и академических свобод коллег во всем мире. Первоначально Комитет сосредоточился на поддержке советских коллег, прежде всего отказников — людей, которым власти СССР не разрешали эмигрировать.
Помощь Комитета не ограничивалась открытыми письмами: участники CCS переводили и публиковали работы отказников, оплачивали подписки на научные издания, привозили книги и поддерживали личные контакты. В 1988 году комитет организовал в Москве конференцию Frontiers of Science, заседания которой проходили в квартирах отказников, лишенных возможности участвовать в международных научных встречах. Позднее география CCS расширилась до 75 стран.
СПРАВКА T-INVARIANT
Как работает Комитет обеспокоенных ученых
Основные инструменты CCS — публичное давление, профессиональная солидарность и адресная помощь. Комитет использует следующие способы поддержки преследуемых ученых:
- документирует нарушения прав ученых;
- обращается к правительствам и привлекает другие научные общества к защите коллег;
- организует петиции и пресс-конференции, привлекает внимание СМИ;
- взаимодействует с Конгрессом и исполнительной властью США для поддержки преследуемых ученых.
Письмо опубликовано на английском языке. T-invariant приводит его перевод на русский.
Уважаемый господин Президент!
Комитет обеспокоенных ученых (CCS) — независимая организация, защищающая права человека и академические свободы ученых и исследователей — выражает глубокую обеспокоенность приговором и лишением свободы Софьи Борисовны Розенфельд — старшего научного сотрудника Института проблем экологии и эволюции имени А.Н. Северцова Российской академии наук и ведущего специалиста по водоплавающим птицам Арктики.
7 октября 2026 года Гагаринский районный суд Москвы приговорил Софью Розенфельд к трем годам и шести месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима по части 1 статьи 282.3 УК РФ. Обвинение касалось двух переводов по 1000 рублей каждый в Фонд борьбы с коррупцией (ФБК), совершенных в августе и сентябре 2021 года, после признания организации экстремистской.
Согласно опубликованным сообщениям о судебном разбирательстве, эти платежи были произведены в рамках подписки на регулярные пожертвования. Розенфельд объяснила, что в тот период находилась в длительной научной экспедиции без надежной связи и отменила подписку, как только узнала о запрете [ФБК]. По имеющимся сообщениям, ее защита представила суду письменное заявление об отмене подписки. Она признала факт пожертвований, но отрицала поддержку экстремизма или намерение финансировать экстремистскую деятельность.
Нас глубоко тревожит суровость наказания в виде лишения свободы, назначенного за два небольших платежа при таких обстоятельствах, особенно с учетом сообщений о доказательствах, имеющих значение для установления ее осведомленности и умысла. Это наказание также прерывает ценные научные исследования популяций арктических птиц, их миграции и охраны. Преследование ученых за мирную гражданскую деятельность вызывает обеспокоенность международного научного сообщества.
Мы призываем соответствующие российские органы власти освободить Софью Розенфельд на время рассмотрения апелляции, обеспечить полную и справедливую проверку доказательств, касающихся ее осведомленности и умысла, и использовать все предусмотренные законом возможности для пересмотра этого несоразмерного решения. Мы также призываем предоставить ей возможность возобновить научную и природоохранную работу без запугивания или преследования в качестве мести.
Мы признаем независимость судебной власти и просим обеспечить проведение любого судебного разбирательства в соответствии с законом и с полным соблюдением надлежащих правовых процедур. Мы были бы признательны за ответ с изложением мер, принятых для рассмотрения поднятых нами вопросов.
С уважением,
Джоэл Л. Лебовиц (Ратгерский университет), Уолтер Райх (Университет Джорджа Вашингтона), Юджин М. Чудновский (Колледж Леман), Александр Грир (Бруклинский колледж)
Сопредседатели Комитета обеспокоенных ученых
T-invariant поговорил с одним из авторов письма — физиком Юджином Чудновским.
T-invariant: Вы направили обращение Путину и российским чиновникам. Какие еще действия вы планируете предпринять?
Юджин Чудновский: Наше дело — предать гласности преследование ученых. Начали с письма, а дальше будет видно. У нас был опыт, когда для защиты какого-то ученого мы могли привлечь Академию наук США. Был случай, когда наше письмо подписали более 100 нобелевских лауреатов. У нас внутри Комитета есть подкомитет молодых ученых, мы часто делегируем им изучение кейсов. Может быть, они что-то предложат.
СПРАВКА T-INVARIANT
Евгений Чудновский (Eugene M. Chudnovsky) — американский физик-теоретик советского происхождения, профессор Леман-колледжа и Центра последипломного образования Городского университета Нью-Йорка (CUNY). Специалист по магнетизму, сверхпроводимости и квантовому туннелированию. Окончил Харьковский университет. В СССР подвергался преследованиям за стремление эмигрировать и связи с диссидентами. В течение восьми лет был лишен возможности работать физиком. В 1987 году эмигрировал в США, с 1988 года работает в CUNY. С 2011 года — сопредседатель Комитета обеспокоенных ученых. Возглавлял правозащитные комитеты Американского физического общества и Нью-Йоркской академии наук. Лауреат премии Андрея Сахарова Американского физического общества за 2024 год, присужденной за многолетнюю деятельность в защиту преследуемых ученых.
T-i: Вы сами столкнулись с преследованием со стороны КГБ и советских властей. Перед эмиграцией в США вас неоднократно допрашивали сотрудники госбезопасности. Как вы оцениваете ситуацию с преследованием ученых в современной России? Что бы вы посоветовали исследователям, которые опасаются внимания силовиков?
ЮЧ: Я родился в стране Советов, поэтому воздержусь от советов. Я подробно изучал дела гиперзвуковиков, поскольку эта тематика близка мне профессионально. Не раз писал об этом в американских СМИ. У меня сложилось впечатление, что главная задача ФСБ — напугать людей. Арестовывали преимущественно пожилых ученых, а молодых в основном не трогали. Цель была — запугать молодых ученых и людей среднего возраста. Чтобы те не контактировали с иностранными коллегами. Чтобы не пытались обмениваться научными данными и контактами. Чтобы даже не смотрели в ту сторону. Но при этом, обратите внимание, сама научная работа не останавливалась, исследования продолжаются. Путину и российским властям важно сохранять лидерство в этой сфере и подчеркивать его.
Дело Софьи Розенфельд похоже на дело Дымова. Совпадают суммы и сроки, и даже суд был один и тот же. Однако массового преследования ученых, как в советские времена, я не наблюдаю. Сейчас информационная эпоха, поэтому точечные репрессии работают так же эффективно: позволяют запугивать и контролировать всех.
T-i: Что может изменить ваше письмо само по себе?
ЮЧ: Мы понимаем, что письмо не вызволит человека из колонии или СИЗО. Но наша цель — гласность. После реакции известных людей или уважаемых организаций отношение к ученому меняется. В тюрьмах администрация начинает иначе относиться к человеку. Перестает посылать к нему уголовников, которые его прессуют. С другой стороны, такая гласность играет на руку российским властям и силовикам. Это служит их интересам: конкретных дел меньше — я сравниваю с советскими временами, — а информации о них все больше. Что можно сделать глобально? Ничего. Это как если бы муравей шел против слона. Но иногда можно помочь конкретному человеку, хотя бы немного улучшить его судьбу.
T-i: Многие ученые, выступающие против войны, хотели бы уехать из России, чтобы избежать преследования и иметь возможность открыто высказывать свою позицию. Однако возможности для переезда в ведущие научные страны ограничены. Остаются Китай или, возможно, Индия. Что вы думаете об этой ситуации?
ЮЧ: Мы неоднократно выступали против санкций в отношении российских ученых. Физики, биологи, гуманитарии не отвечают за действия своих правительств. Более того, этот принцип должен распространяться на всех ученых, независимо от их взглядов на российско-украинскую войну, даже если они высказывают эти взгляды только у себя на кухне. А дорога ученым сейчас действительно закрыта. Все дело в деньгах. В США большинство научных программ финансируется государством. И тут работают санкции. Вузам говорят, что государство не может финансировать исследования, если в них участвует ученый из России.